В российском овцеводстве сохраняется отрицательная экономика

Ю. Эйвазова

Основная проблемная точка современного овцеводства в России — отрицательная экономика. Такую позицию высказал гендиректор Национального союза овцеводов Андрей Григоращенко в ходе круглого стола «Обеспечение устойчивого развития животноводства в Российской Федерации» в рамках выставки «Золотая осень — 2026». По его словам, легальный бизнес в подотрасли не зарабатывает, а на каждом килограмме баранины теряет «определенное количество денег». «И только те компании и хозяйства могут заниматься овцеводством, которые являются многопрофильными и могут за счет других направлений перекрывать убытки в овцеводстве», — добавил Григоращенко.

Основная причина убыточности — теневой сектор, который сейчас составляет более 80% рынка. Также влияет тот факт, что овцеводство не прошло фазу индустриализации как, например, молочная отрасль, свиноводство, птицеводство. Сегодня, по словам Григоращенко, производство МРС стоит либо на пороге индустриализации, либо на пути к окончательному уходу отрасли «в тень». «До сих пор мы не нашли тех индустриальных и экономических решений, которые могли бы быть внедрены для перехода от малых стад к индустриальной модели», — добавил он. При этом проекты крупных компаний — «Мираторга», ГАП «Ресурс», «Дамате», «Хакасская баранина» — не стали масштабируемыми, и значительного прироста индустриального производства МРС не наблюдается.

В то же время, по мнению Григоращенко, инвестиционная привлекательность в отрасли есть, но это вопрос не краткосрочной перспективы. «Чтобы мы подошли к новой модели индустриализации нужно обеление рынка. Это совместные усилия и участников рынка, и регулирующих органов, и развитие рынка потребления баранины», — считает эксперт. По его мнению, включение овцеводства в Большой животноводческий проект даст необходимый стимул для масштабирования и индустриализации производства МРС.

Больше новостей АПК — в нашем Телеграм-канале и ВК. Подписывайтесь!